Оставил я поля и горы, Окутанные тьмой ночной. Открылось внутреннему взору, То лучшее, что движет мной. В душе, смирившей вожделение, Свершается переворот: Она любовью к провидению, Любовью к ближнему живёт.
Его душа стремится страстно, пылко в небеса, А тело бренное к земным утехам тянет, обольщает. И на беду он видит женских разных два лица, Когда в блуде глядит он вниз иль к звёздам взор свой обращает.