Увели не к стене его, не на площадь, — увели, обманув, к апельсиновой роще. Шел он гордо, срывая в пути апельсины и бросая с размаху в пруды и трясины; <...> Будто с неба срывал и кидал он планеты, так всегда перед смертью поступают поэты. <...> А жандармы сидели, лимонад попивая и слова его песен про себя напевая.