— Перестройка? — Гласность?? — Демократия??? Вот так штука! Не имел понятия, Что так мало чувствую симпатии К демократии…

— Всё-таки как разболтался народ, — посетовал кениг. — Надо, надо пару-тройку казней провести, а то сначала неповиновение, потом свобода слова, а потом чего? — Демократия, перестройка и гласность, — хмуро предсказал я.

Сегодня, когда мы заговорили о перестройке, гласности и свободе, я по-прежнему испытываю один только страх — за себя и за тех, кто поверил в возможность вольнодумства в эпоху фанатического рвения вождей и масс.

Всё уже круг друзей, тот узкий круг, где друг моих друзей — мне тоже друг,