Человек, которого мы подобрали в Стамбуле, принес на борт странную болезнь. Его лицо приобрело бурый оттенок, у него была высокая температура и начался кровавый кашель. Мы были вынуждены его изолировать... Перед смертью пассажир дал мне на хранение свой саквояж и взял с меня слово, что я во что бы то ни стало доставлю его в Москву...

По приказу судовладельца мы сменили курс на Ливерпуль. Мы заправим кораблю в порту Лимута и продолжим путь в холодных водах пролива Святого Георга. Команда недовольна, мне запрещено давать какие-либо объяснения. Мы должны взять иностранного пассажира, которого я должен буду защищать даже ценой собственной жизни. Этот человек немногословен. Я лишь знаю, что он ученый, специалист по ядерной энергетике, и никогда не расстается со своим чемоданом. Мест не было, и я поселил его в 31 каюте, которая используется, как лазарет.

Обычно в случае эпидемии корабль закрывают на карантин, но вчера в живых остался последний член экипажа — я, капитан Иван Полозков. Все остальные уже умерли. Если кто-то найдет нас, прошу выполнить две просьбы: первое — доставить саквояж в Москву и передать лично товарищу Берия, вторая — похороните нас по-человечески, у меня уже нет на это сил. И передайте командованию, я умер за Родину. Служу Советскому Союзу! Капитан Иван Полозков.

Не солдатам решать, выполним приказ или нет.