— Тот мальчик с кинжалом — ты его не тронула. Почему? — Потому что это ребёнок. — Нет. Дело не в этом. Я видела по глазам. Что произошло? Что? — Я смотрела на своё собственное отражение. — Продолжай. — Эта безысходность, отчаяние... Я их помню со времён, когда была ещё приёмышем, такой же «потеряшкой». Неприкаянной. Никому не нужной. Девочкой, что засыпала в слезах, тоскуя по своим родителям, которых не было. И никак не могла понять, почему её бросили. — А когда мы нашлись — было уже поздно. — Просто тут, на острове, я чувствую себя не героем, не спасителем, а той, кем была всю свою жизнь — сироткой.