Когда хочу, чтоб сон меня преобразил, Но прежним остаюсь, опять без сна, без сил, Без слова жалобы, без жизни в теле старом, И мозг сожжен дотла невидимым пожаром, Тогда посмертный «Я», меня ввергая в дрожь, Твердит: «Как медленно и долго ты живешь! Что держит здесь тебя? Чего ты ждешь от жизни, Когда разбиты мы и тяжело отчизне?»