Колючие травы, сыпучие дюны И сосны в закатной туманной пыли, Высокие сосны, тугие, как струны На гуслях рапсодов латышской земли. За ними взбегает Янтарное море На сглаженный ветром ребристый песок, И горькая пена в усталом узоре, Слабея и тая, ложится у ног. Склоняясь в крылатке над тростью тяжелой, С помятою черною шляпой в руке Стоит он, вдыхая вечерние смолы, На темном, остывшем от зноя песке.

Знают только сосны и янтарная смола, Как в высоких травах заплетаются тела, Моя любовь, ты моя любовь.

Сова сидела на сосне, Сося конфету в полусне. Сова сидела десять дней: Смола сосны — отличный клей.

дьявол женщину всякому учит и она на пружинке тугой справа крепит янтарное солнце слева – клипсу с жемчужной луной

— Илья Кормильцев

Третий день идут с востока тучи, Набухая черною грозой. Пробормочет гром — и снова мучит Землю тяжкий, беспощадным зной, Да взбегают на песок колючий Волны слюдяною чередой.

— Всеволод Рождественский