И все-таки я есмь, я жив — болит Душа, но я живу — в забвенье, в горе, В ничтожестве, часы и годы для Под вечный шум немолкнущего моря, - Как на песке руина корабля. Я всем чужой (кому ж ярмо на шее Захочется) — чем ближе, тем чужее. Скорей бы мне уйти из сей пустыни В тот край, где нет ни плача, ни тревог, Чтоб с милым Богом пребывать отныне И спать, как в детстве, — спать, не чуя ног, На ласковом лугу, как на холстине: Внизу — трава, вверху — лишь купол синий.