— У вас очень красивые ноги, Сван. — О, спасибо! К тому же их у меня две.

— Хорошая? — Да-да, хорошая. Антошин, хорошая — это не только большие сиськи и длинные ноги, можно быть хорошей по-другому, понимаешь? — Можно, конечно... Только это как-то безрадостно.

Ни за что! Делать из этого профессию? Быть... каким-нибудь искусствоведом или литературоведом?... Всю жизнь насиловать искусство только потому, что у меня неплохо подвешен язык и я прилично разбираюсь в живописи?... Нет уж, спасибо. Существовать в искусстве достойно можно, только создавая что-то свое. А понимание – это всего лишь неплохие мозги; разве можно понимание искусства делать профессией?

— Ну что, взяли тебя в кордебалет? — Ноги задираю лихо, а вот сиськами не вышел!