Вся живопись — слабое подражание природе.

Живопись — это писание живого, природы.

Всякое искусство есть подражание природе.

Вот тебе вся моя политика: я люблю музыку, живопись. Хорошая книга для меня — целое событие.

Масляная живопись сделала с видимым миром то, что капитал сделал с социальными отношениями. Все оказалось сведено к соизмеримости вещей. Все стало подлежать обмену, потому что все стало предметом потребления. Вся реальность была механически измерена исходя из ее материальной природы. Душа – благодаря картезианской системе – сохранилась как отдельная категория. Масляная живопись могла что-то говорить душе – при посредстве того, к чему она отсылала, но никак не тем, как она это изображала. Масляная живопись выражала идею полной овнешненности.