Уж если говорить о переводах, Которым отдал я немало лет, То этот труд — как всякий труд — не отдых, Но я о нем не сожалею, нет! Он был моей свободою и волей, Моею добровольною тюрьмой, Моим блаженством и моею болью - Сердечной болью, а не головной.