Крик его, бешеный, страстный и дикий, – крик простреленной навылет волчицы, – вылетел на середину площади, метнулся под мост и, отталкиваемый отовсюду звуками просыпающегося большого города, стал глохнуть и в минуту зачах. Великолепное осеннее утро скатилось с мокрых крыш на улицы Москвы. Город двинулся в будничный свой поход.

Я утомлен неволей городов, А здесь, в глуши так ясны небеса, - Долой же гнет бессмысленных оков, - В цвету сирень и в зелени леса!..

Ночное небо так над городом забылось, Что сердце с жизнью в такт от нежности забилось. Жизнь город делает живым и что ни час Высвечивает тьму не утомляя глаз.

Ночь. Улица. Фонарь под глазом. Башка болит. И амнезия. Добавить нечего к рассказу, Лишь по здоровью ностальгия. Зачем попёрся подворотней?! Какого хрена некурящий?! Да, босиком зимой не очень... Тих и спокоен город спящий. «Ночь, улица, фонарь, аптека...» Аптека! Вот куда во-первых! Зелёнка, мазь, бинты и вата... А грамм пятьсот залечат нервы...