«Царь Мидас, к чему бы ни прикасался, всё обращал в золото, а в твоих руках всё делается дерьмом.— Венедикт Васильевич Ерофеевaforizm.onlineЦарь Мидас, к чему бы ни прикасался, всё обращал в золото, а в твоих руках всё делается дерьмом.Царь Мидас, к чему бы ни прикасался, всё обращал в золото, а в твоих руках всё делается дерьмом.— Венедикт Васильевич Ерофеев Скопировать Скачать Картинкой Картинка Поделиться
«Я как царь Мидас наоборот — всё, до чего дотронусь, превращается в говно.— Энтони «Тони» Сопраноaforizm.onlineЯ как царь Мидас наоборот — всё, до чего дотронусь, превращается в говно.Я как царь Мидас наоборот — всё, до чего дотронусь, превращается в говно.— Энтони «Тони» Сопрано · сериал
«Он царь Мидас наоборот: к чему ни прикоснется, все превращает в говно.— Николай Картозияaforizm.onlineОн царь Мидас наоборот: к чему ни прикоснется, все превращает в говно.Он царь Мидас наоборот: к чему ни прикоснется, все превращает в говно.— Николай Картозия
«— Также я понимаю, что вне зависимости от того, что я делаю, вы всё равно будете обращаться со мной как с дерьмом. — Дерьмо — понятие растяжимое.— Доктор Грегори Хаусaforizm.online— Также я понимаю, что вне зависимости от того, что я делаю, вы всё равно будете обращаться со мной как с дерьмом. — Дерьмо — понятие растяжимое.— Также я понимаю, что вне зависимости от того, что я делаю, вы всё равно будете обращаться со мной как с дерьмом. — Дерьмо — понятие растяжимое.— Доктор Грегори Хаус · сериал
«Я целовала ручку двери, к которой прикасалась твоя рука, я подобрала окурок сигары, который ты бросил, прежде чем войти к себе, и он был для меня священен, потому что к нему прика…— Стефан Цвейгaforizm.onlineЯ целовала ручку двери, к которой прикасалась твоя рука, я подобрала окурок сигары, который ты бросил, прежде чем войти к себе, и он был для меня священен, потому что к нему прикасались твои губы.Я целовала ручку двери, к которой прикасалась твоя рука, я подобрала окурок сигары, который ты бросил, прежде чем войти к себе, и он был для меня священен, потому что к нему прикасались твои губы.— Стефан Цвейг · книга