Голубка приложила ладонь к моей щеке: — Знаешь что, мистер Мэддокс? — Что, детка? Она вдруг посерьёзнела: — В другой жизни я бы тебя полюбила. С секунду я молчал, глядя в её помутневшие глаза. Эбби была пьяна, но мне очень захотелось поверить, будто она трезвая думала то, что сейчас сказала. — А я бы и в этой тебя полюбил.
Каждый раз, стоило мелькнуть мысли о том, чтобы сдаться, позволить себе упасть и умереть, он протягивал руку и сжимал ладонь Аннабет, только чтобы напомнить себе, что в мире еще осталось тепло.
