«Чужая душа — потёмки», да и в своей ни зги не видно...

Help me, help me, somebody stop me, ‘Cause I know I can't stop me.

Ни зги, не видно ничего, Углем черчу я в темноте, Едва, однако, луч пробьет, И белый лебедь оживет!

— Некоторые люди слишком рано начинают печалиться, — сказал он. — Кажется, и причины никакой нет, да они, видно, от роду такие. Уж очень все к сердцу принимают, и устают быстро, и слезы у них близко, и всякую беду помнят долго, вот и начинают печалиться с самых малых лет. Я-то знаю, я и сам такой.