До того как Фатих завоевал Стамбул, он послал учителей в Константинополь. Чтобы они увидели город, который собираются захватить. Молодого подмастерья Сары Агу послал с ними для охраны. Учителя вошли в город и увидели. Но византийские солдаты засомневались. И напали на них. Сары Ага обновил свой кинжал. И защитил учителей от восьми бойцов. Сары Ага там и погиб. Как ты понял, он первый храбрец. После завоевания Фатих Султан Мехмет не оставил его могилу без камня. Вот тот камень, вот Сары Ага. Зачем я тебе рассказывал эту историю, спросишь ты. Чтобы ты знал что такое мужество и видел что такое трусость.

— Папс! — Здравствуй, Сара Коннор. — Я думала, ты умер. — Нет. Только обновился.

У нас таких женщин называли Та, кто ушла далеко, — сказал Мехмет, старший. — Моя мама тоже так уходила. Прятала кинжал в причёску и исчезала, как сахар в чае.

Часто говорят о Москве как о третьем Риме. А ведь это идея больше светская, политическая… Имперская, если хотите. Идея властного управления, весьма конъюнктурная. Куда глубже и древнее идея Москвы как второго Иерусалима, глубоко укоренившаяся в русском православии. Москва же, если помните, наследница Византии. Константинополь пал в 1453 году. Вот и получается: у нас есть религиозно-мистическая концепция – создать прообраз Небесного Града на земле. И на нее накладываются вполне реальные события: 29 мая 1453 года Константинополь взят османским султаном Мехмедом II, и в бою погибает последний византийский император Константин XI. Дальше: турки переименовывают Константинополь в Стамбул и делают его столицей Османской империи. Так пала Византия, основа мирового православия.

Here I come, Constantinople Here I come, Constantinople I am coming, Constantinople Here I come.