— Вы могли бы оставить нас в покое. — Что? — переспросил Локен. — Если наши философии настолько различны, вы могли пройти мимо и оставить нас со своими истинами, не прибегать к насилию. Вы этого не сделали. Почему? Зачем разрушать наш мир? Неужели мы представляем для вас такую ужасную угрозу? — Потому что истина… — начал Локен. — Выше морали. Это твои слова, но, служа своей хваленой истине, ты сам становишься аморальным.

Человека исправит боль и могила; А миром правят любовь и дебилы, Что свято верят в нее... Прости Всевышний, но я в ней умышленно.

Испорченные овощи можно выбросить, но с испорченными людьми так поступать нельзя, их еще можно исправить.

Я только что осознал, что чем любить недоступных женщин, лучше поклоняться Всевышнему в нетях. Уж если сходить с ума, то по Тому, Кого Нет! Не понимаю, почему я отказывался любить Господа, самого искусного динамиста в мире.