— Ах... Спасение. Такое забавное слово. Я пометил тропу к спасению светом. Но не важно, как ослепительно сияет тот свет, тьма в сердцах людей становится ещё темнее. Свет, Тьма, а между ними Хаос... Три реальности, когда-то разделенные, будут соединены, чтобы создать новую Вселенную, по образу и подобию старой. Для достижения этого и Праздника Воскрешения 500 лет назад, я раздул пламя ужаса, побуждая к охоте на ведьм. Однако, вопреки вере людей в возвращение Джубелиус, Творца, Левое око было для нас недосягаемо. С тех пор, я посвятил себя благоденствию этого города, а теперь пришло время, когда мои усилия принесут плоды. Джубелиус будет воскрешена, мы станем Глазами Мира и родится новая Вселенная! — Я никогда бы не назвала «отцом» человека, устроившего весь этот кошмар!

— Я ждал этого момента пятьсот лет. Девушка должна встретиться со своей судьбой. — И эта история вновь повторится? — Её судьба предопределена и я скажу тебе, почему. Я прекрасно понимаю правила трёх миров. Наши действия помогут возродиться высшему миру. — По иронии судьбы, «Левое око» выбрало хаос, а не порядок. — Ты ошиблась. Мир уже в хаосе. Моя дочь и я должны стать «Глазами мира». И если три мира не сольются воедино, то истинного порядка никогда не наступит. — Логика сумасшедшего — Ты не в состоянии понять это. Тебе лучше держаться поближе ко мне. Ангелы усердно работают, ради меня. И ты тоже, Жанна. Я ждал пятьсот лет. Ты, должно быть, с нетерпением, ждёшь встречи с ней. Всё это мы делаем ради того, чтобы подготовится к приходу Творца Джубелиус. Создание нового мира уже не за горами.

— Я знаю, что делаю вселенную лучше. — Нет... Серьёзно?! — О, я не шутила! Когда Фобос угнетал Меридиан, кому-то всё же пришлось объединить жителей и спасти этот мир. — Пришлось мне, а не тебе! — Но я тебя создала именно ради этой цели! Кто-то должен видеть суть, Калеб: на Меридиане это был ты, а мои горизонты — шире! Только я знаю, как создать идеальную вселенную! Все миры объединятся под моей властью, никаких войн, никаких конфликтов, ни насилия, ни страданий. Если я и требую покорности, то лишь ради общего блага, ради нового порядка. <...> Даже смерть подчиняется моей воле!

В конце концов, даже самые заклятые враги могут объединиться ради общей цели.