Тиффани не была лгуньей, однако ей казалось, что порой вещи делятся не на правду и ложь, а на то, что другим знать надо, и то, что им пока знать не стоит.

И аментет верила. Ей казалось, что ложь должна выглядеть уродливо: лицо лгуна кривиться, а глаза прищуриваться.

Хранение секретов — целая наука. Я никогда не считала себя хорошей лгуньей, однако, потренировавшись, переняла кредо хитрецов: ложь не надо изобретать, на лжи надо жениться. Успешную ложь нельзя ввести в этот мир и капризно бросить; ложь надо лелеять, и с гораздо большей преданностью, чем правду, которая остается беспечно правдивой без всякой помощи. В противоположность этому моя ложь нуждалась во мне, так же как я нуждалась в ней, и требовала постоянства законного брака: пока смерть не разлучит нас.

Ложь живёт до тех пор, пока правда закрывает глаза.

Ложь порой привлекает больше правды, потому что умеет казаться чем‑то большим — она наряжается в мечты и притворяется надеждой.