Боже, сколько можно, скажи, Распинать и сжигать именем твоим? Может, Ты и вправду учил не судить и прощать, Но плохие мы значит ученики...
— Тараканы!
Боже, сколько можно, скажи, Распинать и сжигать именем твоим? Может, Ты и вправду учил не судить и прощать, Но плохие мы значит ученики...
— Тараканы!