29 июля 2026, среда

— Я говорю с точки зрения истории, история выше нас. <...> Знаете, я не могу понять, почему вы возвращаетесь в Германию. Я бы не хотел жить там, где я не нужен. Почему бы вам не поехать к себе на родину? — Германия — моя Родина. Там родился мой отец и мой дед тоже. И кстати, сами вы откуда? У вас странный акцент. Ни один мой знакомый немец не говорит так. Я прекрасно всё слышу. — Последние двадцать лет жизни я провёл в Германии. — Австрия? — На самой границе... — Так я и думал. — Лёвенталь, вы знаете, это исторический факт, что евреи приносят нам несчастья. — Конечно. — Вы согласны? — Конечно. Евреи и велосипедисты. — Велосипедисты? А почему велосипедисты? — А почему евреи?

Юлиус Лёвенталь

Похожие цитаты

— Знаете, похоже вы самый большой глупец на корабле! <...> Лёвенталь, вы слепы, слепы как крот. Не видите, что у вас происходит прямо под носом. — О чём вы? Об этой истории с евреями? Вы не понимаете нас. Немецкие евреи — это что-то особенное, мы прежде всего немцы, и потом уже — евреи. Мы так много сделали для Германии, Германия так много сделала для нас. Немного терпения, доброй воли и всё уладится. Послушайте, в Германии почти миллион евреев. Что они с нами сделают? Убьют всех? Подумайте лучше...
Когда-то моей родиной была Германия, затем Австрия, Франция, в общем — Европа, а вслед за тем Америка, и всякий раз та или иная страна становилась моей родиной только потому, что я покидал ее, а вовсе не потому, что жил в ней.
— Видите! — с горечью восклицает Генрих, обращаясь к Ризенфельду. — Поэтому мы и войну проиграли! Во всём виновата наша расхлябанная интеллигенция и евреи. — И велосипедисты, — добавляет Ризенфельд. — При чём тут велосипедисты? — в свою очередь удивляется Генрих. — А при чём тут евреи?