Море волнуется три, Билли, достань оружие! Что у тебя внутри, то у моря снаружи. Жизнь — это соль и сода, всё испарится вскоре. Я клянусь, что свобода — это синоним моря. Я клянусь, что свобода — это [это, это, это, это...] синее море!

Море волнуется раз, Билли считает мили, Сбился его компас, веру в любовь убили, Жизни пиратской года, видит земные зори. Я клянусь, что свобода, это синоним моря. Я клянусь, что свобода — это [это, это, это, это...] синее море!

Море волнуется раз. Море волнуется два. Море волнуется три. Море в истерике, чёрт побери!

Когда смотришь на волны Красного моря, они кажутся синее других волн. Их синий цвет насыщенный, чистый, основательный, честный. <...> Это не эффект реальности, а следствие слов... Синева Красного моря кажется тем синее, что его назвали Красным. Причина не в химии волн и света, а в химии поэтической.