— Ещё каюсь в доброте неизречённой, в отсутствии стяжательства, во всепрощении и мудрости. — Чего? — Мудрость — состояние ума такое специфическое. Испытывал, владыка? — Нет, Бог миловал. — А у меня — постоянно. Сижу, бывало у окна, гляжу на близлежащую жизнь и чувствую — мудрею. И поделать с собой ничего не могу. Мудрею и всё тут.