Одинокая личность, пусть даже и освобожденная, не представляет собой никакой угрозы. Буржуазия боится только личностей, объединившихся в социальную силу, а потому она сама принялась выкликать: «Да здравствует личность!» — и сама присоединилась к требованию личной сексуальной свободы, личной свободы в искусстве, личной свободы совести. Буржуазия взяла это движение под свое крылышко, ибо оно ведет к изоляции личности, к ослаблению ее как общественного фактора.