Большое мокрое лицо прижимается к моей макушке, и тут-то я обычно и начинаю плакать. Плакать легко, когда ты ничего не видишь, окружённый чужим теплом, когда понимаешь: чего бы ты ни достиг в этой жизни, всё рано или поздно станет прахом.