Мы, в сущности, учимся у тех книг, о которых не в состоянии судить. Автору книги, о которой мы можем судить, следовало бы учиться у нас.

— Я неспроста запер на чердаке этот спектакль ужасов. — А почему ты его не сжег?

— Позволь тебя спросить. — Валяй. — Почему этот дворик не очистят от всех этих булыжников и хлама? — Это называется «руины».

Значит тут, на чердаке жилого дома, помещается канцелярия суда? Особого уважения такое устройство вызвать не могло, и всякому обвиняемому было утешительно видеть, какими жалкими средствами располагает этот суд. Правда, не исключалось и то, что денег отпускали достаточно, но чиновники тут же их разворовывали, вместо того, чтобы употребить по назначению.