Те художники, которые изображая изящных созданий в цвете жизни, стремятся придать изображенному предмету более обаяния и изящества, заимствовав их из собственного свободного воображения, уродуют свое творение, будучи не верны своей модели, а посему они отходят в равной степени от истинной красоты. Наш Брейгель свободен от этого «недостатка».