Если вы считаете, что я молю о пощаде, вы ошибаетесь. Я жена султана Ахмеда и мать ханов — Мурада и Ибрагима. Я сама правила 11 лет. Я знаю, что такое быть ханом. Я должна умереть как хан, как жена хана и мать хана.
Когда Ханна смотрела на меня так, когда голос ее становился тихим и хриплым, я знал, что все пропало. Дело было не только в физическом влечении. Конечно, меня и раньше привлекали женщины. Но с Ханной это было кое-что посильнее, какая-то химия, электрический разряд, пробегавший между нами и заставлявший меня всякий раз желать чуть больше, чем мне давали. Ханна предложила мне дружбу, а я захотел ее тело. Она предложила мне тело, а я захотел завладеть ее мыслями. Она предложила мне свои мысли, а я возжелал ее сердце.
