Живу я в Ленинграде На сумрачной Неве. Давно меня не гладил Никто по голове. И на рабочем месте, И в собственном углу Все гладят против шерсти А я так не могу! Пусть с горя я напился Я тоже человек! Зачем не уродился Я в двадцать первый век?!

Она тоже была в разводе, правда, ее муж исчез давным-давно и в разговорах обозначался исключительно как «этот урод» или «трусливый сукин сын».

— Ричард Йейтс

— Ну, где-где, в Ленинграде! — В каком Ленинграде? Города такого давно нет уже! — Города нет, а 3-я улица Строителей осталась...

— Женя Лукашин

— Она не простит меня. Я не знаю, как найти подход к ней, – покачал он головой. — Это потому, что ты мысленно уже проиграл этот бой. — Здесь уже нечего выигрывать. — Хочешь совет?…

— Мой отец умирает. — Мой тоже. Что убивает твоего? — Героин. А Вашего? — Двадцать первый век.

— Картер