— Ваше высочество, а каково, по вашему мнению, оптимальное число жен? Одна, две или все-таки больше? — Чем меньше, тем лучше. В идеале — ноль. — Н-ноль? А как же наследники? — Зато жить будем душа в душу.

— Поразительно. — Что, Ваше Высочество? — Я говорю, поразительно, как наш народ гармонирует с природой!

Обращение к демократам [конкретно к Станкевичу С. Б.] А народ обсуждал конституцию 1993 года? Когда расстреляли парламент? В октябре? А когда приняли конституцию? В декабре? Что, с октября по декабрь вы её обсуждали? Я вам хочу напомнить, чтобы вы поняли раз и навсегда. Вы народу объясните, куда вы дели недра. Надо народ защищать, а не конституцию. Вы без всякой дискуссии, рядом тех, кто принимал участие в этом расстреле и его поддерживал, решили, что можете навязать народу волю. Только сейчас мы обретаем суверенность, которая необходима, внося поправки. Потому что вы сделали очень быстро, чтобы народ не смог даже посчитать. Это ваше «да-да-нет-да» было голосование? Вы голосовали всем списком. Вы не рассматривали каждую статью. Вы в 1993 году заложили прецедент. Вы выхолостили конституцию 1993 года. Нет ни идеологии, ни Бога, ни права русского человека, ни русского языка. Вы отобрали у народа недра. Вы в той конституции отдали преимущество международному праву. А мы, несмотря на все ваши писки, визги и вопли, вернули существенную часть в конституцию. И отношение народа к этим творцам конституции очевидно. Спросите у народа: они считают их своими героями? А что касается президента, то он понял, что конституция 1993 года не позволяет соответствовать сегодняшнему моменту. И появилась поправка.

— Он давно уже там? — Кто, Ваше высочество? — Мой кузен. — Около часа. — Как его встречает народ? — Народ его приветствует. — Мой народ... невероятно!