Понимаешь, я не то чтобы боюсь смерти, она мне отвратительна. Я-то знаю, что после смерти ничего нет. Для кого-то может есть, а для меня — ничего. Тьма. Пустота.

Загробная жизнь — ложь. После смерти нет ничего. Вечная пустота.

У меня нет страха смерти, есть только страх ничего после себя не оставить, прожить всю жизнь наблюдателем.

Теперь Лисбет удивилась тому, что жива, но ее это волновало на удивление мало: по сути дела, ей было все равно. Если смерть и есть та черная пустота, из которой она только что выплыла, то ничего страшного в ней нет. Особой разницы не чувствуется.