Мне было больно — и слёзы сочились в стихи, И небо ревело, и лёд трещал выше гор. Казалось: огромная рана кричит, Но я со всей дури всадила в неё топор. А я всё могу — сама акушер и палач. Сама себя бью — на крови растут цветы. Мне нужно так мало: «Родная, дыши, не плачь!», Но чтобы сказал мне об этом с любовью ты...