— ... Но ты ещё танка нашего не видела. Тот ещё Карлсон. — Варенье любит? — Нет, в полном расцвете сил. Я нажал на новую татуировку, и она засветилась в ответ. Вскоре по многочисленной ругани и возмущенным крикам стало ясно — к нам пробирается Горилла. Что называется, сначала появился авторитет, а потом уже его обладатель. — Альгидрид твою валентность через медный купорос, вот это девка, — искренне восхитился Игорь моей спутницей, от чего в груди кольнула змея ревности. — Причем настоящая, не рисованная. Игорь... — Света, — засмеялась и подала ему руку зазноба души моей.

— А тебе сколько лет? — спросил Малыш, решив, что Карлсон ведёт себя уж слишком ребячливо для взрослого дяди. - Сколько мне лет? — переспросил Карлсон. — Я мужчина в самом расцвете сил, больше я тебе ничего не могу сказать. Малыш в точности не понимал, что значит быть мужчиной в самом расцвете сил. Может быть, он тоже мужчина в самом расцвете сил, но только ещё не знает об этом? Поэтому он осторожно спросил: — А в каком возрасте бывает расцвет сил? — В любом! — ответил Карлсон с довольной улыбкой. — В любом, во всяком случае, когда речь идёт обо мне. Я красивый, умный и в меру упитанный мужчина в самом расцвете сил!

Он оглянулся посмотреть, не оглянулась ли она, но у неё в руках была банка варенья: Я тебя узнала, Карлсон.

— Карлсон, а мама мне строго-настрого запретила… вот… не трогать варенье… — Ну? Какой же ты всё-таки гадкий!

— Там ещё осталось немножечко варенья? — Нет, варенья нет! — Что, нет совсем варенья? М-м. Ни капельки? — Нет. — Жаль.