Je suis la plaie et le couteau! Je suis le soufflet et la joue! Je suis les membres et la roue, Et la victime et le bourreau! Je suis de mon coeur le vampire, — Un de ces grands abandonnés Au rire éternel condamnés Et qui ne peuvent plus sourire!

Я — нож, проливший кровь, и рана, Удар в лицо и боль щеки, Орудье пытки, тел куски; Я — жертвы стон и смех тирана!

— Шарль Бодлер

— Видите ли, я — жертва. — Я это сразу понял, — сообщил Френдлер, тепло улыбаясь. — Вас выдаёт взгляд, присущий жертвам: смесь страха и неуверенности с налётом беззащитности.

— Роберт Шекли

У гуркхов есть такой обычай: если вытаскиваешь нож из ножен, должен пролить кровь. Если не врага, то свою собственную.

— Дэвид Моррелл

Он говорил улыбаясь, иногда почти смеясь. Но его смех не был насмешливым. Скорее, это был смех человека, радующегося тому, что открывает другим очевидные вещи.

— Бернар Вербер