Слова Масамунэ проникали глубоко, раскалёнными каплями железа выжигали душу, что-то уничтожая там, рождая новое чувство. Тоска, отчаяние, потеря, боль слились воедино в холодную, заставляющую неметь руки и лицо, ярость.
Слова Масамунэ проникали глубоко, раскалёнными каплями железа выжигали душу, что-то уничтожая там, рождая новое чувство. Тоска, отчаяние, потеря, боль слились воедино в холодную, заставляющую неметь руки и лицо, ярость.
То, что не излечивается лекарствами, излечивается ножом; то, что не излечивается ножом, излечивается раскалённым железом; то, что не излечивается раскалённым железом, следует считать неизлечимым.
