То, что мы всегда умираем в одиночку, страшно, но это не хуже, чем жить в одиночку.

Когда-нибудь, впоследствии, потом, но даже в буквари поместят строчку, что сделанное скопом и гуртом расхлебывает каждый в одиночку.

Внесу ясность: я одиночка. А для одиночки один-два дня с оранжевым маркером — пустяк.

Даже в одиночку можно совершать чудеса..