И деревья были такие необыкновенные — легкие, сквозящие, будто сиреневые, и полны такой внутренней тишиной и покоем, что Ёжик не узнавал знакомые с детства места.
Не достучавшись до неё, он начал говорить сам с собой. Порой обращаясь к безмолвной тишине. Из за недозваленного голова кружилась от счастья. Губы трепетно дрожали, когда в уме возникали такие мысли...