Война, — снова шевельнулось в голове князя нехорошее предчувствие. — Гражданская война, свой против своих, русские против русских. Правда на правду, честь против справедливости. Русская кровь зальет земли, насыщая жадных и злобных чужаков.

— Как грубо с нашей стороны входить без приглашения. — Я француз, мне положено быть грубым.

Воюя с мужчинами, применяй мужское оружие, а воюя с женщинами — женское. Вот самурайский кодекс чести, и в нем нет ничего гнусного, потому что женщины умеют воевать не хуже мужчин. Что противоречит чести мужчины-самурая, так это применять против женщин мужское оружие, а против мужчин — женское.

Барабаны, гремите, а трубы, ревите, — а знамена везде взнесены. Со времен Македонца такой не бывало грозовой и чудесной войны. . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . . Кровь лиловая немцев, голубая — французов, и славянская красная кровь.