Всех неугодных он изгнал, С кем ладить нелегко, Борзел он ни по дням, а по часам. Один лишь человек признал Величие его и это, как ни странно, Был он сам. В том царстве глупость Обрела невиданный масштаб, Все потому, что хуже нет царя, Чем бывший раб.