Миссис Фэйрфакс, видимо, находила, что кто-нибудь должен же быть любезен, и начала говорить сама — как обычно, очень ласково и, как обычно, одни банальности.

— Ты не слишком любезен. — Я очень любезен. Но не так уж прост.

Меня волнует, оскорбляет грубость, я страдаю, когда вижу, что человек недостаточно тонок, недостаточно мягок, любезен.

— Хватит называть меня Хуаной-Марией. Меня зовут Милагрос! — Милагрос? Странно... Служанок обычно зовут Мария... — Божью Мать тоже так зовут!