Теперь у нас все государство такое — свобода грабить и свобода быть ограбленным. Свобода для тех, у кого есть награбленные деньги, и свобода подохнуть для тех, у кого их нет.

— Значит, они снова вместе? — Да... Хотя она всё равно однажды умрёт. Мы все умрём.

То, что для тебя ничего не значит, для кого-то — всё.

Я хочу сделать обращение и поддержать всех в мире, кто верит в ценности терпимости, свободы, демократии, гуманизма, ко всем тем, кого преследует тирания и диктатуры.