Он ходил за Виктором в гостиную, во двор, в столовую. За ленчем Митч садился по одну сторону стола, а Виктор, сидя напротив, ковырялся в тарелке – и при этом Митч не переставал следить за помещением. Виктор не отрывал глаз от своей порции. Но на еду он тоже не смотрел, на самом-то деле. Его взгляд был не сфокусированным, словно он находился где-то не здесь, не интересовался клеткой вокруг себя и чудовищами в ней. Как хищник – внезапно понял Митч. Он просмотрел достаточно фильмов о природе в телевизоре в гостиной, чтобы знать: у тех животных, которые служат добычей, глаза расположены по бокам головы, и они постоянно начеку, а у хищников глаза поставлены близко и смотрят вперед, без страха. Несмотря на то что Виктор был вдвое меньше почти любого заключенного и, судя по виду, никогда даже не участвовал в драке, не говоря уже о том, чтобы выйти из нее победителем, все в нем напоминало хищника. И Митч впервые задумался о том, нужна ли защита Виктору.

Виктор знал Митча шесть лет. Сидни – шесть дней. Доминика – шесть часов. Каждый из компаньонов грузом висел на ногах Виктора. Лучше скинуть их, освободиться. Так уйди, подумал он. Однако не двинулся в сторону двери.

...она перестала брить ноги. Говорит, что хочет, чтобы люди знали, что она натуральная блондинка Виктор, Ялта

— Послушай, Сидни, ты кое-что должна понять насчет Виктора… — Он – не плохой человек, – прервала она. — В этой игре хороших людей нет, – сказал Митч.