— Он поправится. — Откуда Вы знаете? — Брендону это нравится? Твой пессимизм. — Не всегда всё хорошо кончается. — Надежда не повредит. — Нет. Пока вдруг кто-то не решит, что всё можно.
— Он поправится. — Откуда Вы знаете? — Брендону это нравится? Твой пессимизм. — Не всегда всё хорошо кончается. — Надежда не повредит. — Нет. Пока вдруг кто-то не решит, что всё можно.
Главное ведь в жизни – сама жизнь. Любой грех замолить можно, любую беду поправить. Пока живешь – всегда найдется место и радости, и надежде, и любви. А кто умер – он уже проиграл. Даже если был святым паладином.
— Хороший он всё же парень, — сказал Клинч. — Никогда не оглядывается. Знает, что все пойдут за ним. Мне это нравится. — Не совсем так, — поправил Борланд. — Марку все равно, идут за ним или нет. Стало быть, и оглядываться незачем.