По большому счету, истину в чистом виде установить невозможно. Я согласна с Эдвардом Радзинским, любящим повторять, что любой документ — ​это версия. И даже сложив все варианты, мы не получим подлинной картины. Человек не то, что о другом, о самом себе не все до конца знает и понимает. И в этом одна из величайших тайн нашего бытия.

Дезмонд: — А что случилось с Радзинским? Кельвин: — Видишь это бурое пятно? Это Радзинский.

— Десмонд Хьюм

Мой мольберт с чистым холстом вселяет тайную надежду — знать свою картину жизни я ещё не изваял!

Надо практиковать упреждающее самораскрытие. Здесь тайна обменивается на тайну, и получить доступ к тайне другого можно, только доверив свою тайну. Возрастает подлинность психолог…

— Аркадий Петрович Егидес

Триумф человековедения – документы тайной полиции.

— Станислав Ежи Лец