К тебе взбирался на колени, как на уступ, как скалолаз, глядел на красные поленья, пока огонь в печи не гас, бесхитростный огнепоклонник: нелепый плюшевый медведь, карабкался на подоконник, хотел на солнце поглядеть, так и тянуло в это что-то, погибельное искони, но от беды твоя забота хранила сына в эти дни, быть может, сердце предсказало пространство будущего дня, и снег, и дым, и свист металла, и вечный знак мой — след огня.