Сначала его ладони касались моего ума, и лишь потом моей талии, бёдер или губ. Он не называл меня красивой — он называл меня утончённой.

Где толстый сохнет, там худой сдохнет, а у меня такие закрома в области талии и бёдер, что спокойно хватит на несколько дней голодовки.

— Люся Лютикова

Я был только тем, чего ты касалась ладонью, над чем в глухую, воронью ночь склоняла чело.

— Иосиф Александрович Бродский

Сначала она вернула меня к жизни, а потом беспощадно лишила её

Нарушителей правил сначала называют преступниками. Потом — психами. И, наконец, пророками.