Ах! без жизни проносится жизнь вся моя!.. Поглощаемый жизненной тиною, Я борюсь день и ночь, — сам себе я судья, И тюрьма, и палач с гильотиною!

I'm judge and i'm jury and i'm executioner too.

— Твой отец! Он сам себе суд, присяжные и палач! — Да нет, отец не сосуд и не калач!

— сержант Николас Эйнджел

За окном – осень. В квартире – зима. Я борюсь с болезнью стоически: подпираю собой диван, и думаю о количестве выпитых за день лекарств, съеденных за ночь таблеток, жизнь без любв…

Жизнь без веры, что день без солнца и ночь без Луны!