— Чёрт, ключ у Тихона! Тихон идиот!

Взаимная наша приязнь была производным труднообъяснимых слагаемых и обоюдных уступок: совсем как любовь.

— Августа говорит, девочка она смышленая, живая. Даже, говорит, слишком живая. <...> — А это хорошо, что слишком! Ты знаешь, я этих тихонь терпеть не могу. Да я и сам-то никогда не был тихоней. А ты наверняка была тихоней, а?

Я предпочитаю быть собой с риском навлечь насмешки со стороны, нежели притворяться и испытать на себе собственное отвращение.