— Инквизитор! — Ты ори да знай меру! Надо же, инквизитором назвал! Что я тебе сделал?

При том, что многое в панке дико, уродливо, абсолютно неприемлемо, мы должны констатировать, что это движение и его музыка были восприняты как антибуржуазные и по содержанию, и по форме.

Что у него лежит в его мерзких, грязных карманцах?

У вас страшные глаза: дикие и кроткие. Русские глаза.