Не обольщусь и языком родным, Его призывом млечным. Мне безразлично, на каком, Непонимаемой быть, встречным!Не обольщусь и языком родным, Его призывом млечным. Мне безразлично, на каком, Непонимаемой быть, встречным! (Читателем газетных тонн, Глотателем, доильцем сплетен…) Двадцатого столетья — он, А я — до всякого столетья! Остолбеневши, как бревно, Оставшееся от аллеи, Мне все — равны, мне всё — равно; И, может быть, всего равнее...
— Марина Цветаева